Михаэль Лаубш: «Алиев был связан с экстремистами»

""Его можно было назвать европейским «рахатоведом». Он является одним из лучших специалистов Европы по Центральной Азии. Ему не надо объяснять «особенности национального рейдерства» или говорить об отсутствии свободы слова в Казахстане – он и так прекрасно все знает. Михаэль Лаубш (на фото) – глава Eurasian Transition Group, внимательно наблюдает за процессом в Вене. Мы попросили его поделиться своими впечатлениями.






Знакомство и суд




ADAM: Михаэль, когда вы впервые услышали о Рахате Алиеве?



ЛАУБШ: Тогда, когда впервые стал интересоваться Казахстаном, это было в 2001 году. У меня к тому времени уже сложились свои впечатления о вашей стране. Потому что в этот период мы стали говорить о свободе прессы, о том, как старший зять завладел большим количеством финансовых активов и далее в таком же ключе. После этого у нас с ним случился юридический конфликт.



ADAM: О каком конфликте идет речь?



ЛАУБШ: В то время мы в Европе сделали рассылку в средства массовой информации, приведя факты того, как Рахат Алиев завладел медиакомпанией, принадлежащей Серику Медетбекову («Русское радио – Казахстан»). Алиев не стал молчать и предпринял определенные шаги, в том числе юридические: им был инициирован судебный иск за якобы нанесение ущерба его деловой репутации.



ADAM: До событий 2007 года вы продолжали следить за деятельностью Алиева и делиться своей информацией с европейской прессой?



ЛАУБШ: Да, конечно. Но речь шла не только о Рахате, но и в общем о политической ситуации в Казахстане, свободе слова, процессах, происходящих в обществе, и так далее. Причем эти сообщения мы распространяли не только в средствах массовой информации, но и отправляли в различные международные организации, такие как ОБСЕ, участвовали в соответствующих мероприятиях.



Другие дела…



ADAM: Насколько мне известно, упомянутый случай был не единственным, когда вы вступили в спор с г-ном Алиевым?



ЛАУБШ: Да, это была очень неприятная история – настоящий скандал. В 2008 или 2009 году на наш сервер обрушилась мощная атака хакеров, в результате которой было похищено еще неопубликованное досье на Рахата Алиева. Кроме прочего, это было очень интересно тем, что документы в открытом доступе не появлялись, но тем не менее они попали к нему в руки.



ADAM: То есть похищение документов оказалось неким превентивным ударом с целью предотвращения их публикации? Вы смогли дальше использовать это досье по прямому назначению?



ЛАУБШ: Нет. К сожалению, этим документом мы не смогли воспользоваться. Дело в том, что после этого было вы- несено судебное решение, по которому нам было запрещено его публиковать. Но самое интересное в том, что примерно через год после этих событий г-н Алиев сам опубликовал данный документ у себя на сайте. Михаэль Лаубш: «Алиев был связан с экстремистами» Его можно было назвать европейским «рахатоведом». Он является одним из лучших специалистов Европы по Центральной Азии. Ему не надо объяснять «особенности национального рейдерства» или говорить об отсутствии свободы слова в Казахстане – он и так прекрасно все знает. Михаэль Лаубш (на фото) – глава Eurasian Transition Group, внимательно наблюдает за процессом в Вене. Мы попросили его поделиться своими впечатлениями. Немецкий эксперт по Казахстану и Средней Азии о бывших делах экс-посла и настоящем судебном процессе 8 5 июня 2015 №13 (13)



ADAM: А что такого запретного было в упомянутом досье?



ЛАУБШ: Много интересного. С помощью указанных документов мы пытались если не доказать, то аргументированно изложить, что Рахат Алиев, кроме известного дела по Нурбанку, был связан с различными группами исламских экстремистов, был замешан в торговле оружием. Кроме того, с помощью различных фальшивых заграничных паспортов содействовал отдельным террористическим группировкам или лицам, которые находились в розыске по линии Интерпола. Есть документы, связанные с его именем, по торговле наркотиками и дру- гим делам, в частности по делу о смерти Анастасии Новиковой.



Культурная разница



ADAM: Давайте перенесемся в на- стоящий судебный процесс, за которым мы наблюдаем в стенах Земельного суда Вены. Можете поделиться своими впечатлениями на сегодняшний день?



ЛАУБШ: Для начала справедливости ради хотел бы отметить, что меня нельзя считать абсолютно объективным наблюдателем за настоящим процессом, как, например, присяжных заседателей или других лиц, находящихся в зале. Этой темой я занимаюсь давно, и еще задолго до начала слушаний у меня к ней сложилось определенное отношение. Поэтому я не могу считаться полностью объ- ективным. Но тем не менее хотел бы отметить несколько моментов. Прежде всего, я крайне удивлен тем, что оба подсудимых были выпущены на свободу из следственного изолятора. Кроме этого, меня поражает, как проводится само судебное заседание.



ADAM: Что вы имеете в виду?



ЛАУБШ: Во-первых, с моей точки зрения, у коллеги сложилось достаточно предвзятое отношение ко всем событиям, произошедшим в Казахстане и которые привели к гибели обоих топ-менеджеров Нурбанка. Хотел бы добавить, что сам судья и его манера проведения процесса, скажем так, лишают присяжных заседателей свободы мнения. Ведь именно присяжные являются теми, кто будет решать вопрос о виновности или невиновности подсудимых, а председательствующий, создается впечатление, подводит их к определенному результату. Во-вторых, данный судебный процесс в Австрии показывает всю проблематику проведения судебных слушаний по тяжким и особо тяжким преступлениям, которые произошли в другой стране. Даже сама постановка вопросов, которые задает судья или прокурор, уже демонстрирует определенные культурные различия между двумя государствами. И судья, и прокурор задают вопросы так, как будто это двойное убийство произошло где-нибудь в Западной Европе. А если мы вернемся к сегодняшнему дню, то большая часть задаваемых вопросов, с моей точки зрения, сводилась к тому, почему люди боялись Рахата Алиева и некоторые боятся его до сих пор, почему они в свое время не могли дать показания против него и его людей. Мы видим, что судья и прокурор недостаточно информиро- ваны о менталитете в вашей стране, внутриполитической ситуации, они не могут понять и осознать это, оценить показания свидетелей с точки зрения казахстанских реалий того времени и сегодняшнего дня.



Сюрпризов не ожидается



ADAM: Дело о Нурбанке, судя по все- му, вы знаете лучше, чем, например, присяжные. Но тем не менее в ходе процесса услышали ли вы что-то новое из аргументов стороны защиты, обвинения или от отдельных свидетелей?



ЛАУБШ: По большому счету нет ничего нового. Что касается самой стратегии проведения линии защиты со стороны адвокатов подсудимых, то, в принципе, все ожидаемо. Но я не рассчитывал на то, что она настолько быстро, так скажем, окупится. Что касается прокурора г-жи Валльнер, то хотел бы отметить, что она проделала очень хорошую работу, предъявила качественное обвинение. Это касается улик и доказательств.



ADAM: Как вы думаете, чем закончится этот судебный процесс – обвинением одного или двоих, а может, и оправданием Альнура Мусаева и Вадима Кошляка?



ЛАУБШ: Да, конечно, мне очень сложно предсказать, какое решение примут присяжные заседатели. Этого, наверное, никто сейчас не знает. Но если оценивать процесс, как он проходил до настоящего времени, то нужно признать, что прокуратуре пока не удалось выдержать обвинение в изначальном виде, в той форме, в которой оно было написано. В особенности, по моему мнению, это относится к Альнуру Мусаеву. По крайней мере, до настоящего момента не было представлено никаких очевидных доказательств его вины. В любом случае посмотрим, как будет развиваться процесс и каково будет решение присяжных.



ADAM: И последний вопрос. По пово- ду других дел Рахата Алиева, которые он, судя по некоторым материалам, со- вершил, уже будучи в Европе. Имеются в виду финансовые и другие престу- пления, в том числе отмывание денег, что здесь тоже считается тяжким пре- ступлением. Каковы перспективы рассмотрения этих и других дел в отношении Алиева и Ко в Европе?



ЛАУБШ: Откровенно говоря, затронутая вами тема, на самом деле – это очень большой объем вопросов. Здесь чрезвычайно важно сначала провести тщательные юридические работы, к которым должны подключиться различные международные организации. На сегодня могу пока сказать одно: рабо- ты эти проводятся по разным направ- лениям и в разных странах. И уже есть определенные результаты.



Беседовал Мирас Нурмуханбетов,



Адам , 5 июня 2015 №13 (13)



Back to Top